О лобстерах, фрустрации и запрете хотеть

Читаю книгу «Интуитивное питание» Светланы Бронниковой. И встречаю вот такое упражнение:

«Как я выбираю то, что я ем?»
Возьмите лист бумаги и выпишите подряд все резоны, факторы и причины, которые определяют ваш выбор еды в определенный момент. Допустим, вы начали испытывать легкое чувство голода — значит, скоро нужно будет поесть. Ваши действия?

Вот типичные, часто встречающиеся ответы:

1. Смотрю, что есть в холодильнике, и выбираю из этого то, что мне хочется.

2. Доедаю то, что осталось от вчерашнего ужина.

3. Ем то, что согласны есть мои дети, чтобы не готовить на всех отдельно.

4. Ем в первую очередь то, что рискует испортиться.

5. Выбираю еду, которая полезна и не повредит моей фигуре.

6. Иду в магазин и покупаю то, что продается со скидкой…

Длинный получился список? Какие место в нем занимает пункт «Я ем то, что в данный момент мне хочется больше всего?»

И тут я поймала себя на том, что начинаю возмущенно спорить с автором. «Конечно, — презрительно и высокомерно бросала я ей в лицо, — легко есть то, что хочется в данный момент, если ты владелец ресторана, и в твоих кладовках есть все. У обычного человека с обычной зарплатой нет возможности каждый прием пищи выбирать ровно то, что хочется».

Заметив эти мысли, я поняла, как глубоко во мне сидит запрет «хоти только того, что доступно, а недоступного — не хоти».

Кто мешает мне осознать, что я хочу сейчас, к примеру, лобстера? Только моя собственная установка «Лобстера сейчас не получится, поэтому прекращай вот эти вот капризы, и срочно захоти чего-то нормального, что есть под рукой. Вот суп, вот каша, ешь давай». Очень похоже на родительский голос, не правда ли? Голос раздраженного родителя, который не может прям сейчас удовлетворить детское желание — и поэтому отвергает это желание целиком. Дает послание «Прекращай хотеть, не слушай свои желания, они меня расстраивают».

Тут самое время вспомнить, что я уже взрослая и сама себе родитель (в психологическом смысле, конечно — в смысле, что я сама о себе забочусь). И я могу позволить себе признать свое желание, ощущать его, не запрещать, быть с ним («Да, не супа, не каши, а таки лобстера и больше никого мне хочется сейчас съесть. И это нормально, я имею право хотеть того, чего хочу»). И одновременно — признать, что это желание, к сожалению, прямо сейчас невыполнимо («Мне работать через 30 минут, а в холодильнике лобстера нет. Я уже не успею его никак достать. Более того, мой бюджет на неделю таков, что сегодня, даже когда будет время, я не смогу себе его купить»).

Это момент фрустрации — когда невозможно прямо сейчас то, чего хочется. Это непросто. Это то место, где в детстве родители не знали, что с нами делать, и уходили от встречи с чувствами в свои защитные механизмы. И где теперь мы сами часто не знаем, что делать, и как это переживать, и уходим уже в свои защитные механизмы (заботливо переданные по наследству). Потому что переживать — сложно, тут может быть и злость, и грусть, и досада, и разочарование. И даже стыд и вина («Что я за человек такой, что на морепродукты не могу заработать»). И все из-за дурацкого лобстера! Да съела бы уже супу, и не мучалась! (Опять говорит обесценивающий голос, который не хочет замечать, как из мелкого повода могут рождаться болезненные переживания).

И получается, что в этой точке фрустрации развилка.

Можно, по привычке, заглушить свое желание, сказать «не больно-то и хотелось, зелен виноград» и съесть суп, убеждая себя, что суп вкуснее и полезнее. То есть уйти из контакта с собой и реальностью. Если пойти дальше по этой дорожке, то желания постепенно становятся очень неясными, смутными, а после и вовсе «исчезают» (они, конечно, есть, но различить их человек уже не может). Что в итоге: ангедония (неспособность получать удовольствие), сложности делать выбор и принимать решения, депрессия, уныние, отсутствие амбиций и целей, к которым хочется стремиться. А также зависть к тем сволочам, которые себе свободно позволяют хотеть — и у них, как назло, эти желания еще и каким-то чудом реализуются. Несправедливость! (Тут появляется озлобленность, желание морализировать, сетовать на неправильность мироустройства, хроническая зависть, стремление искать виноватых). Что касается пищевого поведения, то неспособность слышать сигналы организма («хочу – не хочу» и тонкие оттенки) – это путь к расстройствам этого самого пищевого поведения.

Вторая дорожка на развилке – признать свое желание и одновременно свою фрустрацию. Пережить все сопутствующие чувства. Не обесценить происходящее, признать его важность. Это путь контакта с собой и реальностью. Он часто непривычный. Это та дорожка, по которой ходят в терапии (и в гештальт-терапии, как терапии контакта, особенно часто). Тут может быть больно! Вот такая засада, из-за дурацкого лобстера – и больно. Но, во-первых, идя по этой дорожке, остаешься живым, незамороженным, чувствующим. И дальше, когда будут моменты радости – незамороженной душой они будут переживаться вкуснее.

И второе — при таком заботливом, принимающем — но также и реалистичном — отношении появляется очень много вариантов выбора. Как обойтись с ситуацией так, чтобы и себя не обидеть, и ограничения реальности учесть. Это то, что называют творческим приспособлением к ситуации. Да, результат будет не 100% идеальным. Но если не говорить себе сразу «нет», можно попробовать и лобстера съесть, и на елку влезть.

Желаю вам вкусной, полной жизни со всеми оттенками.

Читайте также по этой теме

Читать

О лобстерах, фрустрации и запрете хотеть

Скажи мне, как ты ешь - и станет понятно, как ты обходишься со своими желаниями.

Читать

Простой способ узнать, что ждет вас завтра

В этой заметке я размышляю, почему мы так ищем предсказаний и чем это может быть чревато. А в конце напишу, что ждет вас завтра. Информация 100% проверена!

Читать

Трагедия умного человека

Развитый ум - прекрасное качество. Но не всегда он способствует (а иногда и откровенно мешает) счастливой жизни.

Комментарии